1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer
Воскресенье, 19 Ноября 2017

написать письмо

Кризис национальной идентичности как первопричина демографического слома России

Если эта статья показалась вам полезной, пожалуйста, проголосуйте за нее. Это поможет другим быстрее найти эту статью из множества других менее полезных.
( 2 Голосов ) 

 

         Демографический кризис остается одним из самых больших бедствий России. Отрадно отметить, что в течение всего 2008 года, объявленного Годом Семьи, общественность регулярно оповещалась о многочисленных инициативах правительства и региональных властей, направленных на повышение статуса брака, семьи, материнства, отцовства, и этот вопрос впервые за много лет оказался в центре государственного внимания, что само по себе уже знаменательно. Однако также весьма очевидно, что успокоительная риторика, которая допускалась весьма широко в пропагандистских целях, не ставила своей целью отобразить реальное положение вещей. Более того, конец истекшего года ознаменовался новым витком депопуляции, вызванной вполне прагматичной причиной – мировым экономическим кризисом.

С большой скорбью приходится констатировать способность значительной части россиян пойти на жертву ребенком в связи с ухудшением материального положения. Увы, если в октябре 2008 года в поисковую систему "Яндекс" было направлено 53 тыс. запросов на тему «аборт», то в ноябре, когда СМИ обрушили на потребителей поток негативной информации, интерес к этой операции возрос на порядок и составил 560 тыс.. Означает это грубую спайку в сознании огромного числа граждан России между вопросом детопроизводства и финансовым благосостоянием. Необходимо также заметить, что ситуация не изменилась с 1998 года, когда дефолт также послужил толчком к увеличению числа абортов. В 1999 году их вновь стало на 70 тыс. меньше.      

         Такая молниеносная реакция показывает, как слаба в нашем обществе нравственная мотивация рождения детей. Потеря духовных ориентиров приводит человека к готовности совершить аборт при только что наметившимся ухудшении материального положения. Уже этот факт свидетельствует о крайней недостаточности одного лишь экономического стимулирования процессов воспроизводства: мать, согласившаяся родить второго ребенка за 250 тыс. рублей, вряд ли будет матерью настоящей.

         Черты демографического кризиса в России достаточно подробно описаны, при этом среди них можно указать как «общемировые» тенденции, так и сугубо «автохтонные». Приходится признать, что в целом российская депопуляция несводима к западным аналогам. Позволим себе привести всего лишь ряд наиболее вопиющих примеров, наглядно характеризующих положение вещей в России по сравнению с «цивилизованным» миром.

  1. 1.Уже более 20 лет Россия, в отличие от западного общества, демонстрирует стойкую сверхсмертность. В среднем в стране умирает 2,3 миллиона человек в год. В пересчете на 100 тыс. человек это в 2 раза больше, чем в Европе и США.
  2. 2.В России самый высокий в мире показатель самоубийств: 40 на 100 тыс. человек, в 3 раза больше, чем в Европе.
  3. 3.Вопреки общемировым тенденциям, в России продолжает сокращаться средняя продолжительность жизни, прежде всего мужской части населения. В настоящий момент она составляет 59 лет – меньше, чем в Египте и Боливии. Как известно, показатель для Германии – 74,5 года, для Великобритании – 75 лет, для Японии – 77 лет. Признавать это особенно тяжело, если вспомнить, что в 1970-е гг. благодаря достижениям советской медицины продолжительность жизни мужчин в России и Европе расходилась всего на 2-3 года.
  4. 4.Стремительно тает число детей, живущих в России: если в 2000 г - в стране насчитывалось 20 млн. школьников, то в 2007 - 14,5 млн.: за 7 лет детей стало меньше на 5,5 млн.!

         Все это позволяет сделать вывод о катастрофических темпах сокращения народонаселения России. По официальным данным ООН, согласно оптимистическому сценарию, к 2055 году российское население будет составлять 95 млн. человек, согласно пессимистическому – 60 млн. человек, вместо нынешних 142 млн.

           Демографические процессы на территории России проходят весьма неравномерно. Самую высокую скорость вырождения демонстрируют области Центральной России – традиционного ареала распространения великорусского этноса. В Ивановской, Костромской, Новгородской, Тверской, Калужской, Смоленской и других областях отрицательный рост населения может опережать среднероссийский почти на 65% (!) и составляет 1% вымирания в год. При этом Северно-Кавказский регион и частично Татарстан имеют весьма отличные от среднероссийских показатели. В Кабарднино-Балкарии, например, сокращения жителей не наблюдается.

           Согласно ежегодному докладу ООН, обнародованному в 2006 году, Россия в 2004 году находилась на 57 месте по уровню индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП). Данный индекс рассчитывается по трем факторам: продолжительность жизни, уровень образования, доходы населения. Естественно, на первом месте по ИРЧП высокоразвитые западные страны - Норвегия, Швеция, Австралия, Канада. США занимает 8 место, Великобритания -12 место, Франция – 15 место, Германия - 19 место. Россия находится между Болгарией и Ливией. Выше нас даже Коста-Рика – 45 место и Куба – 52 место. Конечно, эти данные можно справедливо оспаривать и резко критиковать, но они утверждены крупнейшей официальной организацией, деятельность которой признается всеми странами мира.

         Подводя краткий итог, следует констатировать: Россия, обладающая 42 % всех мировых природных ресурсов и занимающая 1/8 часть суши, при сохранении подобных тенденций вряд ли сможет сохраниться в прежних границах уже к концу XXI века.  

       Цифр можно приводить еще очень много, однако и сказанного вполне достаточно, чтобы признать наличие системного демографического кризиса, пронзившего российское общество. При этом, к сожалению, можно отметить, что его фундаментальные причины до сих пор остаются неочевидными для огромного большинства не только рядовых граждан России, но и тех, кто претендует на статус элиты. Более того, в последние годы мы постоянно наблюдали активные пропагандистские попытки увести общество от обсуждения системных вопросов, связанных с преодолением депопуляции в сторону банальной политэкономии. До сих пор рассуждения в стиле: «будут деньги – будут рожать» и т.п. - выдаются почти за аксиому. Между тем, любой самый поверхностный анализ демографических процессов заставляет прийти к выводу о том, что вымирание страны имеет, безусловно, духовно-смысловую природу. За проблемой депопуляции в России стоит цивилизационый кризис и только при его учете возможно приступить к нефиктивному решению вопроса.

           В России наблюдается слом общественного воспроизводства, а нации присущ невербальный психологический курс на вымирание. Подобные явления известны в истории цивилизаций, будь то Древний Рим или Константинопольская империя XIV-XV веков. Подавляющее большинство граждан России проявляет апатию и пренебрежение к смыслополагающим вопросам: цель жизни, будущее нации, судьба отечества, исторические корни, собственное здоровье и т.д. В России нет созидательной стратегии, которая могла бы послужить воодушевляющим и цементирующим народное единство началом. Даже факт самоощущения русским этносом себя единым целым вызывает сомнение. Россия последовательно демонстрирует на внутренних и международных уровнях равнодушие к отстаиванию государственных приоритетов, отсутствие чувства общенационального достоинства (хотя бы в отношениях с ближайшими соседями, ведущими агрессивную антироссийскую кампанию). Понятия народных святынь, «любви к родному пепелищу» и «отеческим гробам» не только систематически осмеиваются влиятельнейшими представителями шоу-бизнеса, не только изощренно бичуются многочисленными общественными деятелями, не только фактически изгнаны из системы отечественного образования, но, что самое опасное, уже не играют существенной роли в повседневной жизни большинства россиян. Государственная риторика и федеральные программы патриотического воспитания оказывают на ситуацию весьма ограниченное воздействие.

     Дети нужны стране, у которой есть ясный образ будущего и перспективное место для каждого человека в этом будущем. Наличие глобального проекта развития России, учитывающего мировое значение нашего наследия и стратегическую роль в настоящем и грядущем всей планеты – единственный инструмент решения демографической проблемы. Растворенность в местничковой борьбе за выживание, формирование стереотипа самовосприятия России как отсталой страны, сырьевого придатка Запада, а ее государствообразующего народа как деморализованной нации, неизбежно приведет и уже приводит к угасанию их цивилизационной состоятельности.

         При этом необходимо понимать, что объективных причин для такого самоощущения не так много. Русский народ обладает колоссальным запасом биологической прочности, конечно, в значительной мере подорванным катастрофическими экспериментами XX века. Однако его внутренний потенциал вовсе не истощен. К примеру, разительно противоречащее логике «здравого смысла» и, лишь как чудо чаемое еще совсем недавно, церковное возрождение России свидетельствует о возможности нации к духовно-нравственному восстановлению.

      И все же стереотип «вымирающей нации» очень востребован и в России и за ее пределами, в связи с чем огромное значение приобретают пропагандистские акции, направленные на погашение и ослабление этой возможной и естественной народной тяги к самоопределению и самореабилитации. Речь идет о массированных кампаниях, направленных на распространение вседозволенности, приоритета материальных благ и гедонизма. Чрезвычайно важными игроками на этом поле становятся безграничная сексуализация всех сфер жизни и систематическая алкоголизация населения страны.

       О последнем необходимо сказать несколько слов отдельно. Беспримерное в истории России распространение дешевого, легкодоступного и заведомо некачественного алкоголя не может быть объяснено простой экономической целесообразностью. Алкогольная война развязана по всей России и приводит к страшным демографическим провалам. Психологическая готовность детей употреблять алкогольные напитки, безразличное отношение к этому бедствию взрослой части населения, устойчивый комплекс неотъемлемости бутылки в решении любого вопроса является устоявшейся формой поведения значительного числа россиян. Общественные дебаты, проведенные Первым каналом Центрального телевидения в рамках проекта «Общее дело» в феврале 2008 года, наглядно продемонстрировали, что даже интеллектуальная часть российского общества не сознает этой глобальной проблемы в качестве национальной катастрофы и позволяет обсуждать ее в духе: «нельзя запрещать, нельзя давить, нужно прививать культурное употребление алкоголя, а иначе будут травиться самогонкой». С одной стороны, это свидетельствует об абсолютном мировозренческом младенчестве нашей так называемой интеллигенции, но, с другой стороны, здесь достаточно очевидно прослеживается и «социальный заказ» на дальнейшее вырождение нации. Мировой опыт, естественно, хорошо известный и российским деятелям, однозначно свидетельствует об эффективности противоалкогольных кампаний только при жесткой увязке запретительных и информационно-просветительских мер.

           Пока же нация находится в полубессознательном, специально «подмороженном» состоянии, которое не позволяет включить внутренние ресурсы самовосстановления, в связи с чем и становится объяснимой прямая зависимость процессов деторождения, например, от финансового кризиса. В России пока не работают традиционные представления о задачах семьи, рода и нации, поскольку ослаблены и на генетическом, и на духовно-нравственном, и на социально-экономическом уровнях. «Без большого, интересного и тяжелого для молодежи дела, без настоящих Дел, люди не будут хотеть рожать и воспитывать детей», - справедливо замечается в одном из концептуальных современных документов «Демографическая доктрина России». [1]

           Трудно переоценить в разрешении демографического кризиса роль государственных законодательных инициатив, которые в России, к огромному сожалению, до сих пор носят весьма спорадический характер. Приведем всего две выдержки из публичного закона США «О согласовании личной ответственности и дееспособности» (1996), чтобы показать насколько разномирны юридические подходы в понимании проблематики семейного вопроса в этих двух странах. В статье 101 данного закона Конгресс США демонстрирует озабоченность увеличением численности подростковых беременностей и признает брак «основой успешного общества» и главным институтом «успешного воспитания и благосостояния детей». Все усилия он призывает направить на «поощрение создания и поддержки семьи с двумя родителями». «В свете этой демонстрации кризиса в нашей Нации Конгресс считает необходимость предотвращение внебрачной беременности и сокращение внебрачных рождений важнейшими задачами Правительства и одним из приоритетов политики».

           В содержании школьного обучения Конгресс утверждает «Отдельную программу образования воздержания», согласно которой на государственном уровне необходимо приступить к реализации образовательных и воспитательно-побудительных мероприятий, имеющих своей целью «исключительно преподавание знаний о социальных, психологических и физиологических преимуществах воздержания от сексуальной деятельности». Программа призвана сформировать у учащихся отношение к «воздержанию от сексуальной деятельности вне брака как ожидаемому стандарту для всех детей школьного возраста». [2]

       Стоит ли говорить, что в российской законодательной базе в области образования нет ни одного государственного акта, даже в самой отдаленной степени напоминающего цитированный выше американский Закон. Вместо этого Министерство образования и науки продолжает отстаивать программы полового просвещения и основ безопасного секса, хотя и с меньшим пропагандистским шумом. При этом причиной такой государственной недальновидности является не только сознательное вредительство (которое однако до недавнего времени тоже вполне очевидно прослеживалось в деятельности ряда чиновников профильных министерств и ведомств), но и многолетнее отсутствие навыка стратегического мышления в среде советско-российского чиновничества как класса: функционер, а не государственный деятель. Здесь можно вспомнить одиозные, и, несомненно, коммерчески мотивированные заявления некогда всесильной И. Гребешовой – генерального директора печально известной Российской ассоциации планирования семьи (РАПС), столь много сделавшей в 1990-е гг. (и за иностранные, и за федеральные деньги!) для разрушения традиционных представлений о браке в России. Однако «засланным казачком» она вовсе не была. С 1965 г. Гребешова занимала высокие посты в Минздраве СССР, а в начале 1990-х гг. была даже заместителем председателя Совета Министров РСФСР, т.е. являлась политическим кадром советского времени «высшей пробы». Ее высказывания в ходе дискуссии, например, с представителями православной общественности, показали всю глубину пропасти, их разделяющую. Гребешова абсолютно убеждена, что Русская Православная Церковь оказывает тяжелое психологическое давление на молодых женщин, настаивая, что аборт – грех. Готовность оказать решившейся совершить детоубийство женщине, с целью его предотвращения, посильную материальную помощь, что пытается осуществлять община протоиерея Димитрия Смирнова, она назвала «попранием достоинства женщин», заявив что «ценой покупки Церковь пытается восстановить рождаемость! Мне стыдно за их такое пренебрежение к женщине!»[3]. Конструктивный диалог в данном случае просто немыслим, но сколько в России рядовых врачей-гинекологов, выпускников советских и российских медицинских институтов, думающих точно также! Больше, чем видящих в аборте моральную проблему. Сама система российского здравоохранения обрекает одного и того же врача заниматься и сохранением беременности, и детоубийствами, налагая на его духовный облик неизгладимый отпечаток нравственной порчи. Желающая выносить ребенка российская женщина, придя на консультацию к врачу, оказывается в одной очереди с готовящейся к аборту, находится в тех же руках, и это конечно, также не может положительно мотивировать ее выбор в сторону деторождения.

           Одним из последних примеров неготовности властных институтов и общественных структур выйти на практический уровень решения проблемы является отклонение Государственной Думой в январе 2009 года проекта закона «О Высшем совете по защите нравственности в области телевизионного вещания и радиовещания в Российской Федерации». Данный законопроект был внесен на рассмотрение в Думу еще в 2000 году, став, таким образом, «ветераном» среди постоянно отодвигаемых под сукно, видимо за ненадобностью, депутатских инициатив. Уже сам факт 9-ти летнего игнорирования вопроса характерен. Однако еще более симптоматична экспертная оценка законопроекта со стороны Общественной палаты РФ, целиком поддержанная Комитетом Госдумы по культуре. Общественная палата не нашла в законопроекте юридического определения таких понятий, как «нравственность», «любовь и уважение к Отечеству», «вера в добро и справедливость» и тому подобных «одиозных» выражений, в связи с чем главный редактор Московского комсомольца П. Гусев, являющийся председателем комиссии Общественной палаты по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в СМИ, выразил уверенность, что в современных условиях «деятельность Высшего совета неминуемо сведется к произвольному истолкованию этих терминов и юридически необоснованному решению вопросов в каждом конкретном случае». Комитет Госдумы по культуре в очередной раз указал на опасность ограничения свободы слова и угрозу «поставить надсмотрщиков над СМИ». Да и вообще, как заявил руководитель комитета Г. Ивлиев, «соблюдение норм нравственности на радио и телевидении невозможно решить одним законопроектом», а, значит, и вообще ни к чему подобные инициативы.[4]    

Комментарии, как говорится, излишни. Однако чувство горечи, вызываемое этими безответственными и откровенно циничными утверждениями, не может покинуть всякого мало-мальски здравомыслящего человека.

           В связи с этим вновь приходится вернуться к теме колоссальной роли средств массовой информации в формировании пространства общественной жизни, в том числе в решении демографического вопроса. Определяющее влияние на ситуацию имеет, как мы уже неоднократно подчеркивали в данной статье, самоидентификация населения – устойчивый выбор людей в пользу того или иного образа самих себя. В век высоких технологий, когда электронные носители информации оказывают беспримерное воздействие на психологию человека, эта самоидентификация в значительной степени определяется действием систем пропаганды и агитации, прежде всего, СМИ. В настоящее время в России становится все более очевидной их «колонизаторская» роль, в первую очередь, телевидения, которое нередко выступает в функции консциентального (от лат. сonscientia – сознание, совесть) оружия, т.е. активного игрока, поражающего массовое сознание. Государственные и центральные телеканалы в значительной степени работают против собственного населения, предлагая вниманию телезрителей колоссальный объем передач, содержащих сцены насилия, «дешевой» попсы и пошлости. Фактически, в качестве единственного образца навязывается примитивное отношение к семье, супружеству, отцовству и материнству. При разработке демографической стратегии России необходимо учитывать эту решающую роль СМИ и на государственном уровне обеспечить психологическую безопасность нации в качестве важнейшего механизма преодоления депопуляции.

       Завершая эту краткую статью, приходится еще раз констатировать отсутствие глобального курса позитивного развития страны в качестве основного источника демографической проблемы. В состоянии, когда государство не имеет четко выраженной стратегии развития после многолетнего цивилизационного слома, лишившего нацию вековых приоритетов и смыслополаганий; в ситуации, когда подавляющая часть народонаселения России испытывает   кризис идентичности и переживает период психологического и даже физиологического истощения, а внутренние защитные механизмы находятся в крайне ослабленном состоянии; при апатичности и отсутствии политического мужества наиболее активной прослойки гражданского общества (об элите, которую нужно растить десятилетия, говорить пока не приходится) встать во главе созидательных процессов, направленных на остановку стремительного вырождения нации, – вряд ли возможно преодолеть демографический коллапс как наиболее яркое выражение ментального оскудения российского самосознания.

 

Директор Православной классической гимназии г. Тольятти, заведующий межвузовской кафедрой теологии и истории религий, доктор философских наук, кандидат богословия протоиерей Димитрий Лескин

 



[1] Крупнов Ю. Демографическая доктрина России, http://www.kroupnov.ru/2005/19/10232/

 [2]В том числе:

(А) учит, что воздержание от сексуальной деятельности является единственным определенным способом избежать внебрачной беременности, болезней, передающихся половым путем, и других связанных с этим проблем здоровья;

(B) учит, что взаимно преданные, моногамные отношения в контексте брака являются ожидаемым стандартом человеческой сексуальной деятельности;

(C) учит, что сексуальная жизнь вне брака, скорее всего, будет иметь вредные психологические и физические последствия;

(D) учит, что рождение детей вне брака, вероятно, будет иметь вредные последствия для ребенка, родителей ребенка, и общества;

(E) обучает молодых людей, как отклонить предложения о сексуальном контакте, учит, что употребление алкоголя и наркотиков ведет к повышению риска сексуальных контактов;

          (F) преподает важность достижения самостоятельности личности перед тем, как вступить в сексуальные отношения. -Цит. по:

Понкин И.В. Демография: Зарубежный опыт правового регулирования/ Авт., пер.-сост. И.В. Понкин; Институт государственно-конфессиональных отношений и права. – науч. изд. –М.: УНЦ ДО, 2005. -80с.

 

       [3] Сафонов Д. Что может предотвратить вымирание нации: "планирование семьи" или традиционная нравственность?
источник - http://www.zavet.ru/deti/raps3.htm

       [4] Газета Церковный вестник (Ставрополь-на-Волге) № 1(121), г. Тольятти

 

Посетите наши сайты!

00000022
12144logo
palomnik

elitanacii

Достижения

mimg023

НФ "ДЕОЦ"

99989898744

Кто на сайте

Сейчас 533 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

made by KwebeK